На мой взгляд их несколько:
Упустили Улика Кель-Дрому
Прошляпили падение Куна
Не принимали участие в Мандолорских Войнах
Изгнали Изгнанницу (извините за тавтологию)
Не проверили факт уничтожения всех ситхов на Руусане
Прошелкали появление Дарта Сидиуса

Я искал по этому вопросу. Ситы всегда кичились своей свободой в отношении любви, но не было ни одного случая любви между ситами. Из-за любви только падали на Тёмную Сторону, но на ней - не любили. Впрочем, это действительно не та тема.


*апплодирует* Браво! Сначала вы говорите, что Империя - гениальное и справедливое государство, а когда вас, простите, носом тычут в геноцид, вы говорите, что так и надо.

Маленькая, но немаловажная деталь. В новореспубликанском флоте никогда не было приказа, аналогичному имперскому "База Дельта Ноль", хотя крейсеры Мон Каламари обладали достаточной мощью...



Всё правильно. В отличие от Палпатина, который захватил власть сверху, повстанцам пришлось захватывать её снизу. Несколько тысяч миров не завоевать за год. Суть в том, что Империя отступала и отступала. Каждый новый харизматичный полководец накидывал им месяц-год, потом всё начиналось по новой. К слову, по сколько недель... Ну ладно, по сколько месяцев длилась активная деятельность обоих Возрождённых Императоров, несмотря на добрый десяток вундервафель и феерические силовые способности оного?



Эту горстку поддерживали целые народы - если не полным составом, то в большинстве Ботаны, Мон Каламари, Вуки... И эта горстка за жалкие 15 лет загнала общегалактическое моногосударство в рамки Осколка.



Бы. У Палпатина бы трижды всё получилось, если бы не его вера в собственное всемогущество. Две величайшие победы Альянса на совести Палпатина - само его создание (ну или доработка напильником по имени Старкиллер имевшейся полулегальной оппозиции) и Эндор. Не устаю повторять, что если бы не его желание выпендриться перед Скайвокером, флот Альянса не прожил бы на орбите и получаса. И не потому, что Альянс хуже, а потому, что у него банально было меньше кораблей, чем Палпатин согнал на Эндор.


Маклауд, я тебя обожаю!