Здесь вы можете рассказать о последнем просмотренном фильме.

Заразившись духом мафии, я наконец-то добрался до старенькой кассеты с первым "Крестным отцом". Фильм полностью оправдывает свою легенадрность)

Позавчера еще, наконец, закончил с ранними Коэнами и посмотрел "Большого Лебовски", но на осмысливание ушло почти два дня. Как и "Серьезный Человек", этот фильм требует повторного просмотра, уж больно он своеобразный и необычный. Как оказалось, понять мир ленивого поколения пост-хиппарей столь же сложно, как понять закрытое еврейское сообщество. В этом мире все очень странно: происходят жуткие события, появляются и исчезают странные люди, фамилии путаются, реальность сменяется сном, кто-то умирает, но совершенно не тот, от кого этого ждешь. Но если Ларри Гопник в таких случаях спрашивал "Что здесь творится?" и тем самым символизировал свою эпоху 70-х (а, в аллюзии, разумеется, и наш современный мир), то Чувак и его товарищи, а также все причастные лица ничего не спрашивают. Им откровенно плевать.

Каждый из персонажей на чем-то зациклен. Ветеран Вьетнама - на Вьетнаме и боулинге; бандиты - на деньгах, которые они должны хоть каким-нибудь образом получить; сам Лебовски - на своем коврике. Дальше этих избранных для себя вещей они не видят и не хотят видеть. Судьба, выраженная неконтролируемым потоком событий, пытается Чувака расшевелить, заставить его открыть глаза, побудить задавать вопросы. Но он продолжает плыть по течению, ничего не желая брать в свои руки, под свой контроль. И в этом, по Коэнам, заключается оборотная сторона Американской Трагедии 90-х: в то время как яппи пробиваются наверх по головам, жадно поглощают все, что ведет к их карьерному росту и создают мир своей извращенной мечты, где-то в трущобах живут Чуваки, застрявшие в своей так до конца и не созданной жизни, инертные и неподъемные. И они всегда "остаются верны себе", потому что меняться они и не могут, и не хотят.

Сегодня же посмотрел еще один фильм родом из 90-х: "Шоу Трумана" Питера Уира, которого я сильно уважаю за романтически-менторское "Общество Мертвых Поэтов". Собственно, в "Шоу" также можно увидеть некоторые нотки романтики и менторства. У Уира есть проблема и есть решение, есть мораль. Но, несмотря на все эти традиционно-американские черты, "Шоу" - не по-голливудски злая сатира, высмеивающая однобокость жизни реальной через искусственность жизни телевизионной.

Люди по эту сторону экрана не просто привязаны к своему шоу и любимому герою, они привязаны к телевизору вообще. Неполноценность своей жизни они компенсируют впечатлениями из жизни Трумана, реквизитом Трумана, мерчендайзом с Труманом. И потому его успех (который, впрочем, обрывает для них смысл следить за ним) они воспринимают как свой собственный. Во-многом, их неполноценная жизнь и их реакция куда интереснее пути самого Трумана к истине, и порой откровенно жаль, что Уир уделяет реальности так мало времени.

С другой стороны, режиссер мог и вовсе исключить реальность из сценария и сделать из фильма куда более странное, динамичное и напряженное повествование, в конце сводящееся к весьма интересному символизму (Труман обретает истину, пройдя по воде, поднявшись по лестнице в небо и поговорив с ведущим-богом). Тогда бы еще более четко прозвучала сатирическая нотка на искусственно созданный мир (кстати, пересекающийся с означенным ранее синдромом яппи), на людей-статистов и на тотальный контроль. Могла бы, возможно, выйти очень сильная фантастическая антиутопия. А уж если бы режиссер и вовсе не пользовался стандартными ракурсами, а весь фильм снял из глаз "более 5000 статичных камер", могло бы выйти и вовсе уникальное кинопроизведение. Но Уир - не Гиллиам, он вполне традиционен как в своих целях, так и в методах их достижения. И, с результатами столь качественными, как "Шоу Трумана", ставить ему это в вину и вовсе не приходит в голову.

И, кстати, "то что оба фильма вышли в 1998 - это всего лишь сопадение о_О"